941x140-burevestnik
Новые проекты
2007, декабрь-январь

Неуловимый

Текст Мария Мошкина
Возможности встретиться с Эспеном Оэйно — автором легендарных Octopus, Skat, JeMaSa, Linda Lou и многих других — мы искали очень долго. То по Москве пронесся слух, что он вот-вот приедет, а господин Оэйно, оказывается, в это время работает в своем офисе в Монако. То он встречается с будущими клиентами по всей Европе. Только Monaco Yacht Show — 2007, вид на которое открывается с балкона нового офиса, смогло удержать Эспена Оэйно на несколько дней на одном месте. Тут-то мы с ним и встретились в условиях, близких к боевым: во время интервью рабочие как раз монтировали мебель.

Устроившись в уголке, мы начали беседу с одним из самых ярких дизайнеров современности.

— Яхтенный дизайн был вашей страстью всегда?

— Я увлекся яхтами, когда был еще совсем ребенком. В три года я постоянно рисовал лодки, в школе, когда мне становилось скучно на занятиях, я рисовал лодки. В моей семье, и со стороны отца, и со стороны матери, были инженеры, которые разрабатывали проекты лодок и двигатели.

— Где вы учились?

— Когда мне было 15 или 16 лет и я закончил школу, я уехал из Норвегии в Нормандию учиться. Во французском бакалавриате я проучился три года. Самое поразительное, что я практически не говорил по-французски, когда приехал, знал только английский и немецкий. Но поскольку в школе сразу же появились друзья, пришлось очень интенсивно изучать французский язык, чтобы общаться с ними на равных. И после трех лет жизни во Франции я стал говорить по-французски лучше, чем по-английски. После я решил продолжить свое образование в сфере морской архитектуры в Шотландии — историческом центре кораблестроения, в университете Стрэтчклайд в Глазго. В 1986 году я окончил университет. До того, как основать свою собственную компанию, я восемь лет проработал у Мартина Франсиса. В его дизайн-бюро я вел проект мегаяхты Eco.

— Во многих международных яхтенных изданиях пишут, что Эспен Оэйно как дизайнер начался с яхты Eco.

— Но это был проект Мартина Франсиса. Я лишь работал в команде, хотя это был неоценимый опыт. Каждую неделю я ездил на верфь, я знал все об этой яхте. Вот интересная история, связанная с Eco: яхта должна была отойти заказчику в Киль (Балтийское море) 19 августа 1991 года. Лодка должна была пройти через Ленинград. Но мы испугались путча в вашей стране и быстро поменяли курс на Англию, а оттуда в Средиземное море. Несмотря на то, что все это было так давно (дизайн-проект яхты был утвержден еще в августе 1988 года!), Eco до сих пор смотрится современно. Подумать только, это же 19 лет назад!

— Вы учились яхтенному дизайну во Франции , в Шотландии. Какая из европейских школ лучше?

— В Саутгемптоне есть дизайнерские курсы, которые наиболее ориентированы на яхтенный дизайн. Школа, которую окончил я, более кораблестроительная, если можно так сказать. Нефтеналивные танкеры, дебаркадеры, ледоколы — вот их я должен был проектировать. Я потому выбрал эту школу, что мои родители твердили мне: «Эспен, ты должен стать серьезным человеком». И я считаю, что такое образование идеально для того человека, который проектирует яхты, ведь сегодня яхты растут в размере.

— Когда вы начинаете работать над проектом яхты, что самое важное для вас?

— Самое важное — понять, чего хочет клиент. Часто это очень непросто, потому что клиент может сам не понимать, чего он хочет. Он просто твердит о красивой яхте. И тогда я начинаю расспрашивать: будет ли яхта большую часть времени стоять, например, вот тут — в Монако, или клиент собирается путешествовать на ней по всему миру, как, например, владелец лодки Octopus (он побывал уже в Антарктике, Китае, Южной Африке, в общем, он практически все время куда-то движется на своей лодке).

— Наш традиционный вопрос дизайнеру: какое было самое странное пожелание клиента, которое вам довелось воплотить в жизнь?

— Я думаю, это было на Eco. Ее владелец хотел получить площадку для самолета на борту. Не для вертолета, а именно для маленького самолета, поскольку с вертолетами у него произошло что-то неприятное в жизни, он не может летать на них. Кто-то просит маленькую больницу на борту. А один американец хотел, чтобы его лодка шла со скоростью 20 узлов. Мы сделали расчеты и поняли, при таких размерах корпуса, двигателей и помещений для них, при таких размерах вентиляционных люков сможем спроектировать корпус только так, чтобы он шел со скоростью 18,5 узлов. Показали проект заказчику, а он говорит: «Нет, она должна делать 20 узлов». Мы ему объясняли, что для этого лодка должна быть больше, двигатели должны быть мощнее и т.д., а это означает, что и стоимость проекта увеличится на 1,5—2 млн. И тогда клиент говорит нам: «Вы должны понять, у меня есть жена, а у жены — собака. На нашей прошлой лодке мы могли пройти отсюда до Корсики за столько-то часов при 20 узлах.

Понравилась статья?
Подпишитесь на новости и будьте в курсе самых интересных новостей.
Рекомендуем прочитать
Новые проекты Им целого мира мало
У них самые быстрые меги в мире: побит рекорд 70 узлов в час. Роскошью и комфортом на борту Millenium не уступают Feadship. Впрочем, о Feadship в рекламе упоминают больше из уважения к предрассудкам клиентов. Сами они вряд ли считают нужным на кого-то равняться. Их верфь — ровесница нынешнего века, а цепочка клиентов грозит выстроиться до начала будущего столетия. И это не предел.
Новые проекты Суперъяхта для начинающих
Считается, что обычная яхта получает приставку супер, если ее длина больше 30 метров. По этому же принципу то, что за отметкой 60 метров, называется мегаяхты, а все, что свыше 100, — это уже гигаяхты. При этом специалисты все время делают оговорку, что такое деление весьма условно и, как и любое другое правило, имеет массу исключений.
Текст Андрей Иванов
Новые проекты Неуловимый
Возможности встретиться с Эспеном Оэйно — автором легендарных Octopus, Skat, JeMaSa, Linda Lou и многих других — мы искали очень долго. То по Москве пронесся слух, что он вот-вот приедет, а господин Оэйно, оказывается, в это время работает в своем офисе в Монако. То он встречается с будущими клиентами по всей Европе. Только Monaco Yacht Show — 2007, вид на которое открывается с балкона нового офиса, смогло удержать Эспена Оэйно на несколько дней на одном месте. Тут-то мы с ним и встретились в условиях, близких к боевым: во время интервью рабочие как раз монтировали мебель.
Текст Мария Мошкина
220x369-rightside-inside-burevestnik