Новые проекты
2007, декабрь-январь

Неуловимый

Текст Мария Мошкина
Возможности встретиться с Эспеном Оэйно — автором легендарных Octopus, Skat, JeMaSa, Linda Lou и многих других — мы искали очень долго. То по Москве пронесся слух, что он вот-вот приедет, а господин Оэйно, оказывается, в это время работает в своем офисе в Монако. То он встречается с будущими клиентами по всей Европе. Только Monaco Yacht Show — 2007, вид на которое открывается с балкона нового офиса, смогло удержать Эспена Оэйно на несколько дней на одном месте. Тут-то мы с ним и встретились в условиях, близких к боевым: во время интервью рабочие как раз монтировали мебель.

Устроившись в уголке, мы начали беседу с одним из самых ярких дизайнеров современности.

— Яхтенный дизайн был вашей страстью всегда?

— Я увлекся яхтами, когда был еще совсем ребенком. В три года я постоянно рисовал лодки, в школе, когда мне становилось скучно на занятиях, я рисовал лодки. В моей семье, и со стороны отца, и со стороны матери, были инженеры, которые разрабатывали проекты лодок и двигатели.

— Где вы учились?

— Когда мне было 15 или 16 лет и я закончил школу, я уехал из Норвегии в Нормандию учиться. Во французском бакалавриате я проучился три года. Самое поразительное, что я практически не говорил по-французски, когда приехал, знал только английский и немецкий. Но поскольку в школе сразу же появились друзья, пришлось очень интенсивно изучать французский язык, чтобы общаться с ними на равных. И после трех лет жизни во Франции я стал говорить по-французски лучше, чем по-английски. После я решил продолжить свое образование в сфере морской архитектуры в Шотландии — историческом центре кораблестроения, в университете Стрэтчклайд в Глазго. В 1986 году я окончил университет. До того, как основать свою собственную компанию, я восемь лет проработал у Мартина Франсиса. В его дизайн-бюро я вел проект мегаяхты Eco.

— Во многих международных яхтенных изданиях пишут, что Эспен Оэйно как дизайнер начался с яхты Eco.

— Но это был проект Мартина Франсиса. Я лишь работал в команде, хотя это был неоценимый опыт. Каждую неделю я ездил на верфь, я знал все об этой яхте. Вот интересная история, связанная с Eco: яхта должна была отойти заказчику в Киль (Балтийское море) 19 августа 1991 года. Лодка должна была пройти через Ленинград. Но мы испугались путча в вашей стране и быстро поменяли курс на Англию, а оттуда в Средиземное море. Несмотря на то, что все это было так давно (дизайн-проект яхты был утвержден еще в августе 1988 года!), Eco до сих пор смотрится современно. Подумать только, это же 19 лет назад!

— Вы учились яхтенному дизайну во Франции , в Шотландии. Какая из европейских школ лучше?

— В Саутгемптоне есть дизайнерские курсы, которые наиболее ориентированы на яхтенный дизайн. Школа, которую окончил я, более кораблестроительная, если можно так сказать. Нефтеналивные танкеры, дебаркадеры, ледоколы — вот их я должен был проектировать. Я потому выбрал эту школу, что мои родители твердили мне: «Эспен, ты должен стать серьезным человеком». И я считаю, что такое образование идеально для того человека, который проектирует яхты, ведь сегодня яхты растут в размере.

— Когда вы начинаете работать над проектом яхты, что самое важное для вас?

— Самое важное — понять, чего хочет клиент. Часто это очень непросто, потому что клиент может сам не понимать, чего он хочет. Он просто твердит о красивой яхте. И тогда я начинаю расспрашивать: будет ли яхта большую часть времени стоять, например, вот тут — в Монако, или клиент собирается путешествовать на ней по всему миру, как, например, владелец лодки Octopus (он побывал уже в Антарктике, Китае, Южной Африке, в общем, он практически все время куда-то движется на своей лодке).

— Наш традиционный вопрос дизайнеру: какое было самое странное пожелание клиента, которое вам довелось воплотить в жизнь?

— Я думаю, это было на Eco. Ее владелец хотел получить площадку для самолета на борту. Не для вертолета, а именно для маленького самолета, поскольку с вертолетами у него произошло что-то неприятное в жизни, он не может летать на них. Кто-то просит маленькую больницу на борту. А один американец хотел, чтобы его лодка шла со скоростью 20 узлов. Мы сделали расчеты и поняли, при таких размерах корпуса, двигателей и помещений для них, при таких размерах вентиляционных люков сможем спроектировать корпус только так, чтобы он шел со скоростью 18,5 узлов. Показали проект заказчику, а он говорит: «Нет, она должна делать 20 узлов». Мы ему объясняли, что для этого лодка должна быть больше, двигатели должны быть мощнее и т.д., а это означает, что и стоимость проекта увеличится на 1,5—2 млн. И тогда клиент говорит нам: «Вы должны понять, у меня есть жена, а у жены — собака. На нашей прошлой лодке мы могли пройти отсюда до Корсики за столько-то часов при 20 узлах.

Понравилась статья?
Подпишитесь на новости и будьте в курсе самых интересных новостей.
220x369-rightside-inside-cc