Моторные яхты
2019, Июль-август

Несекретный агент

Фото Benetti
Текст Дмитрий Киселев
Если яхта построена верфью Benetti, обладает классическим роскошным интерьером, ходит быстрее себе подобных и названа в честь одного из фильмов о Джеймсе Бонде, то она может принадлежать только одному человеку – Джону Сталуппи


Владельцы мегаяхт – почти всегда неординарные личности, и Сталуппи не исключение. В молодости он перепробовал разные профессии: был спасателем, механиком, трудился на автозаправочной станции. Среди его увлечений были дрэгрейсинг и водномоторный спорт. За рулем дрэгстера ему удалось выиграть один из этапов национального первенства, а вот с гонками на катерах решено было завязать после двух серьезных аварий, в одной из которых его катер перевернулся, а в другой – загорелся.

Лодками Сталуппи заинтересовался, когда хозяин автосалона, где он тогда работал, попросил молодого механика поменять стоковый мотор 8,5-метрового катера на двигатель от спорткара Chevrolet Corvette. Проект захватил Джона, и он твердо решил однажды обзавестись собственной моторной яхтой. Почему именно моторной? Потому что его всегда влекла скорость.

Будущая бизнес-империя Сталуппи началась с заправки, на которой он работал. Одолжив денег у отца, он купил АЗС и начал развивать дело. В скором времени под его управлением была уже целая сеть заправок Sunoco. Прочно встав на ноги, Сталуппи приобрел себе 13-метровый спортфишер. Рыбалка его не интересовала, но в то время это была единственная лодка, способная развивать 30 узлов.


В 70-е годы заработанные на заправочном бизнесе деньги Сталуппи инвестировал в открытие салона тогда еще мало кому известной японской компании Honda. Риск себя оправдал: из-за топливного кризиса, вызванного нефтяным эмбарго, традиционные американские «дредноуты» оказались не у дел, а продажи экономичных малолитражек и мотоциклов Honda, наоборот, взлетели. Десятилетие спустя по всей стране работало уже два десятка салонов Сталуппи, а к бренду Honda добавились Nissan и Oldsmobile. Сегодня мультибрендовая автомобильная империя Сталуппи под названием Atlantic Automotive Group приносит ему более миллиарда долларов ежегодно и входит в число 15 крупнейших автодилеров.

Параллельно с автомобилями и мотоциклами Сталуппи развивался и в сфере яхтинга. Его первой суперъяхтой стала 36-метровая For Your Eyes Only, построенная верфью Denison. Это была не только первая яхта длиной 30 м, развивавшая скорость 30 узлов, но и первая в США лодка с водометами и дизелями MTU.

В те славные времена все соревновались не столько в роскоши, сколько в скорости. Прослышав, что король Испании и Ага-Хан собираются построить еще более быстрые лодки, Сталуппи замахнулся на рубеж 50 узлов. Он купил три двигателя MTU по 3500 л. с. и стал искать верфь, готовую построить под них яхту. На помощь одержимому скоростью клиенту пришли владелец верфи Heesen Франс Хисен и морской архитектор Франк Малдер. Помимо мощных двигателей и эффективных обводов, яхта должна была обладать малой массой. Так что первым вопросом супруги Сталуппи Дженет при выборе элементов интерьера всегда был «сколько это весит?» В 1988 году яхту Octopussy передали заказчику. На приемке она разогналась до 50,5 узла, и радости судостроителей не было предела (еще бы – ведь если бы предельная скорость была меньше законтрактованной, Сталуппи имел бы полное право отказаться от судна). Но Сталуппи хотел еще быстрее. Он убедил Хисена переделать яхту, уменьшив ее корму, и лодка смогла дать 53 узла.


Соперничество с Ага-Ханом продолжалось. На 57 узлов его новой яхты Сталуппи в 1992 году ответил яхтой Moonraker, разогнавшейся до 61 узла. А в 1998 году основал собственную верфь Millenium Superyachts – теперь он не только торговал машинами, но и сам строил яхты на продажу и для чартера. Под этим брендом появилась на свет легендарная The World Is Not Enough – 42-метровая моторная яхта c силовой установкой 20 600 л. с., развивающая 70 узлов и до сих пор остающаяся самой скоростной суперъяхтой в мире.

Всего на сегодняшний день на счету Сталуппи 18 суперъяхт, 12 из которых построены по его заказу. Девять из них названы в честь фильмов о суперагенте 007. Джон также любит трофейную рыбалку, на которую выходит на спортфишере Viking под названием Miss Moneypenny.

Уроженец Бруклина, чем-то напоминающий раздобревшего Роберта де Ниро, Сталуппи cтрастно увлечен не только лодками. У него есть собственный музей раритетных автомобилей Cars of Dreams, который открывается лишь несколько раз в году для благотворительных мероприятий.


Личный автомобильный рай Джона обставлен в стиле 50–60-х: здесь есть карусель, заправка, аттракцион с электрическими машинками и типичная американская придорожная закусочная, названная в честь любимой собаки Сталуппи – Диллинджера. Самого песика, увы, в живых уже нет. Время от времени коллекция машин обновляется, так, например, недавно Сталуппи продал на аукционе Barrett-Jackson сразу 145 машин. Впрочем, с одним из своих автомобилей он не расстанется уже, скорее всего, никогда. Это кабриолет Chevrolet Corvette 1962 года, ради покупки которого (семья тогда жила небогато, а Джон просто сходил с ума от этой машины) отец Сталуппи даже перезаложил дом. В конце 60-х Сталуппи продал «Корвет», но много лет спустя снова разыскал машину в штате Мичиган и выкупил.

Spectre – 69-метровая яхта со стальным корпусом и алюминиевой надстройкой. Голландское бюро Mulder Design занималось ее структурным дизайном, морской архитектурой и разработкой системы пропульсии. Плодом трудов голландцев стал корпус, который основатель студии Франк Малдер окрестил High Speed Cruising Hull, и его характеристики действительно впечатляют. Максимальная скорость достигает 21,2 узла, что на 30% превышает показатели традиционного водоизмещающего корпуса таких размеров. Дальность хода составляет 6500 морских миль при скорости 12 узлов.


Также на Spectre применена технология Total Ride Control от Naiad Dynamics. Она представляет собой интегрированную систему из двух лопастных стабилизаторов, двух носовых плавников и трех кормовых интерцепторов. Все они управляются электроникой и, работая в одной связке, эффективно гасят как бортовую, так и килевую качку. Ноу-хау, изначально разработанное для военных и коммерческих судов, впервые используется на роскошной яхте.

«Гордимся, что приняли участие в создании этой великолепной яхты, – говорит Франк Малдер. – Spectre – уже девятый по счету наш проект для четы Сталуппи».

«Я люблю эту яхту, – говорит дизайнер Джорджо Кассетта, – она представляет собой синтез традиций ее строителей и стиля ее владельцев. Джон и Дженет Сталуппи с их огромным опытом и потрясающей энергетикой вдохновили нас на создание яхты, в которой есть все, что только можно пожелать от лодки такого размера, а Benetti великолепно справилась с этим вызовом».

Интерьер Spectre – современная интерпретация стиля лучших домов Нового Орлеана и Флориды 30-х годов прошлого столетия. Тогдашние аристократы и нувориши были подвержены очарованию французского стиля либерти конца XIX века. Роскошь, драгоценные материалы, изысканные детали – на Spectre есть от чего затаить дыхание. Cтационарная мебель на открытых палубах спроектирована специально для Spectre и перекликается с ее интерьерами.


Стационарная платформа для купания отделена от пляжного клуба на нижней палубе сдвижной стеклянной дверью. По соседству с клубом расположены гараж, вмещающий два тендера длиной 9 и 7,5 м и два гидроцикла, и машинное отделение. Между ними и двумя гостевыми каютами находится велнес-зона, включающая спортзал, хаммам и массажный кабинет, который может быть трансформирован в каюту. На этой же палубе – помещения для 14 членов экипажа. Заказчик постарался сделать быт команды как можно комфортнее, отведя морякам максимум пространства. Будучи опытным яхтовладельцем, Сталуппи не понаслышке знает, что для эффективной работы экипаж должен хорошо отдыхать.

Кормовую часть главной палубы занимает просторная открытая терраса. Далее гости попадают в лобби основного лаунджа, по бокам которого расставлены четыре винных шкафа с впечатляющей коллекцией изысканных вин. В самом салоне и обеденной зоне много места для хранения. Центральную часть палубы занимает фойе со спиральной лестницей и стеклянным лифтом. На этой же палубе находятся две гостевые каюты и VIP-каюта с двумя ванными комнатами и двумя гардеробными площадью 90 м² каждая.


Верхняя палуба полностью посвящена отдыху и релаксации: на открытой палубе площадью 110 м² установлены четырехметровый обеденный стол, буфет и две симметричные лаундж-зоны. За стеклянными дверями расположен салон площадью 90 м², в котором можно отдохнуть на широком угловом диване, выпить коктейль за барной стойкой или позавтракать за столом, если погода не располагает к трапезе alfresco. В носовой части, за гостевым фойе, находятся личный кабинет и каюта владельцев с двумя отдельными ванными и гардеробными. Из апартаментов можно выйти на приватную открытую палубу на носу судна.

На мостиковой палубе сосредоточено все для отдыха на открытом воздухе: бассейн, лежаки для загара, бар и лаундж-зона с модульной конфигурацией, которую можно трансформировать в зависимости от потребностей. На этой палубе также есть обеденная зона alfresco, и два буфета с грилем и печью для приготовления пиццы. На самом мостике используется современная интегрированная панель управления с большими сенсорными панелями. Рядом с рубкой находится каюта капитана.

В 2019 году Spectre удостоена двух престижных наград: она выбрана лучшей среди водоизмещающих моторных яхт валовой вместимостью от 500 до 1999 регистровых тонн по версии World Superyacht Awards, а также лучшей кастомной яхтой по версии Asia Boating Awards. Обе награды стали отличным подарком к 50-летнему юбилею концерна Azimut-Benetti. На момент подготовки этого материала Джон Сталуппи уже продал Spectre, и сейчас сосредоточен на новом проекте. Подробности его пока не раскрываются, но cам Сталуппи намекнул, что не прочь построить суперъяхту, развивающую свыше 30 узлов.


Джон Сталуппи о своих яхтах

Моим основным бизнесом всегда были машины и заправки, но я рано подцепил лодочный вирус. Я увлекся гонками на катерах и владел несколькими Cigarette, но моторы для них всегда строил сам.

Однажды мы с компаньонами перевернулись на гоночном катере у берегов Калифорнии. Мы болтались посреди океана минут 20, у одного из нас шла кровь, и я думал только о том, чтобы не появилась акула, желающая нами полакомиться.

Каждый раз, когда мимо меня проходила большая яхта, я то и дело говорил себе: «Когда-нибудь и у меня будет такая».

Нельзя построить самую большую яхту и успокоиться – кто-нибудь удлинит свою на метр, и все, ты уже не первый. Другое дело скорость – если ты самый быстрый, обогнать тебя будет непросто. Поэтому моей целью всегда было построить самую быстроходную суперъяхту.

Когда я строил Octopussy, то сказал Франсу Хисену, что, если яхта будет развивать скорость меньше 50 узлов, я откажусь от покупки, но пообещал заплатить 200 000 $ за каждый лишний узел, начиная с 51-го. Яхта разогналась до 50,5 узла. Этого было мало, и я попросил укоротить корму. Благодаря этому удалось развить 53 узла. Так Heesen заработала лишние 400 000 $, а я стал владельцем самой скоростной яхты в мире.

The World Is Not Enough могла развить 70 узлов, но на скоростях свыше 66 узлов начинала рыскать так резко, будто это не яхта, а какой-нибудь гидроцикл. Никто не хотел перевернуться на 42-метровой лодке на скорости 70 узлов, так что мы никогда не раскручивали двигатели более чем на 90%. Но вы бы видели лица людей на спортфишерах, шедших со скоростью 50 узлов, когда мы обгоняли их и я, стоя на палубе со стаканом мартини, дружелюбно интересовался: «Привет, как дела?»

Понравилась статья?
Подпишитесь на новости и будьте в курсе самых интересных новостей.
AP_0002_72