941x140-burevestnik
Лица
2017, Март-апрель
  • Русский офшор_photo_1
  • Русский офшор_photo_2
  • Русский офшор_photo_3
  • Русский офшор_photo_4
  • Русский офшор_photo_5
  • Русский офшор_photo_6
  • Русский офшор_photo_7
  • Русский офшор_photo_8
  • Русский офшор_photo_9
  • Русский офшор_photo_10
  • Русский офшор_photo_11
  • Русский офшор_photo_12
Александр Львов

Русский офшор

Текст Дмитрий Киселев
В канун 2017 года в Южном полушарии прошла ежегодная регата Сидней — Хобарт. Единственный российский экипаж занял второе место в своем дивизионе. Обо всех перипетиях регаты и специфике офшорного яхтинга мы расспросили главного организатора и участника российской команды Александра Водоватова

Александр, как вы пришли в офшорные гонки?

Я серьезно занялся яхтингом в 2007 году: окончил московскую яхтенную школу и стал участвовать в любительских регатах в Хорватии, Турции, Черногории. После них понял, что хочу идти дальше. Первый океанский переход в 1000 миль — от Балеарских островов до Канар — мы совершили небольшой командой на 47-футовой яхте. Было непросто — сильный ветер, большая скорость. Но я понял, что это мое. Прошел месяц или два, и мне остро захотелось вернуться в океан. Я почувствовал зависимость от этой стихии. И начал искать команду, с которой можно было отправиться в трансатлантику. Знакомые предложили присоединиться к команде, перегонявшей лодку вместе с регатой ARC. Так случился мой первый переход через Атлантику — 2700 миль. С точки зрения погодных условий гонка была несложной, а вот быт — очень специфический. Долгое время в ограниченном пространстве. Лодка была всего 38 футов. И на ней пять человек. Но этот опыт нельзя назвать негативным — только положительным. Он дал понимание, как подбирать экипаж, как существовать в коллективе во время долгого перехода. После этого еще больше захотелось участвовать в офшорных гонках. Я выбрал для себя 600-мильные регаты — так сказать, гонки на средние дистанции. В основном их организуют Rolex и британский клуб RORC (Royal Ocean Racing Club). Это Rolex Sydney Hobart, Rolex Fastnet, RORC Caribbean 600, Rolex Middle Sea Race, Rolex China Race и другие.

Что нужно, чтобы принять в них участие?

Многие думают: вот мы сейчас возьмем в чартер лодку, да хоть в той же Хорватии, перегоним ее, сядем дружной компанией и пойдем на Fastnet. Это заблуждение. Чтобы участвовать в той же Fastnet, лодка должна быть подготовлена по второй категории ISAF. Это означает определенный набор спасательных средств и много чего еще, чтобы тебя допустили. Перед гонкой все лодки проходят детальную инспекцию. Спасательные жилеты — сколько? Десять — хорошо. Жилеты должны быть надувные и с капюшонами. Радиобуй должен быть сертифицирован. Его батарейка тоже. Обязателен спасательный плот океанского типа. И так далее. Треть экипажа должна пройти вместе с лодкой 300 квалификационных миль. Королевский яхт-клуб Великобритании предлагает для этого принять участие в гонке RORC Caribbean либо пройти серию гонок по 100-150 миль. У членов клуба есть привилегии. Например, в 2013 году я организовывал участие в Rolex Fastnet Race, и моим клиентам было бы очень накладно приезжать в Великобританию два раза. Мне как члену клуба пошли навстречу и предложили принять участие в 150-мильной гонке клуба из Кауса в Сен-Мало и просто вернуться потом обратно в Каус, набрав таким образом необходимые 300 миль. Что мы и сделали. 

Как пришла идея участвовать в регате Сидней — Хобарт?

Как уже говорил, я составил себе список 600-мильных офшорных гонок. И конечно, в этом календаре был Сидней — Хобарт. Во время путешествия по Австралии с супругой я пришел в яхт-клуб, чтобы узнать, как найти лодку и принять участие в регате. Мне повезло — я познакомился там с яхтсменкой родом из России, и она дала мне контакты местных яхтсменов, уже имевших опыт участия в регате. Это было в 2014 году. Я искал лодку в аренду с условием, что в команде будет максимум один иностранец — владелец. В итоге вышел на новозеландца по имени Маррей. В Сидней — Хобарте он участвовал восемь раз. Он предложил мне свою яхту Sydney 46 по заоблачной, как тогда показалось, цене в $60 000. Ну прикиньте: в Хорватии в неделю за лодку просят три-пять тысяч, а тут 60! Но, когда отозвались другие владельцы, стало ясно, что это нормальная цена. К тому же в стоимость входили неделя тренировок, проживание на лодке, участие в гонке и во всех церемониях, — по сути, полный пакет. Пять тысяч долларов с человека, конечно, колоссальные деньги. Прибавьте билеты до Австралии, накладные расходы — в совокупности человек, согласившийся принять участие в регате, должен быть готов к тратам в размере $10-15 000. Это могут себе позволить единицы. Но я максималист по природе и подумал, почему бы и нет? Дал объявления, в том числе на Facebook, и за восемь месяцев до гонки начал собирать людей. В качестве капитана к нам присоединился мой учитель Владимир Чирков. Гонка в целом прошла хорошо. Мы заняли первое место в дивизионе. Забавно, что на такой результат никто не рассчитывал, и все, кроме одного, взяли обратные билеты с вылетом до церемонии награждения. В итоге нашу команду на награждении представляли всего двое: один из нас и владелец лодки.

Когда вы начали готовиться к гонке 2016 года?

Я сначала вовсе не собирался участвовать. Но в конце лета ко мне обратился Сергей Мазур из компании Simple Sail и попросил организовать участие в регате. До гонки оставалось три месяца. Это время, когда остается решить уже самые финальные формальности. Я ответил, что не планировал и неизвестно, остались ли свободные лодки. Но Сергей был настойчив. Написал, что готов выступить генеральным партнером и взять расходы на себя. Я позвонил Маррею, и оказалось, что его лодка уже забронирована. Но через две недели люди, которые ее бронировали, передумали. У Сергея было несколько человек, готовых участвовать в гонке, я привлек еще шестерых. Оставалось решить организационные, вернее, квалификационные моменты. Половина команды должна была иметь опыт участия в гонках первой категории. Я, Владимир Чирков, Антон Титоренко, Маррей уже участвовали в гонке в 2014 году и автоматом проходили квалификацию. Еще одно условие — чтобы 30% команды имели сертификат о прохождении курсов выживания в море. Так как я в Москве занимаюсь этими курсами, организовал обучение. Еще один-два человека должны иметь сертификат радиооператора. И еще необходим человек, способный оказать первую медицинскую помощь. Соответствующий сертификат был у Маррея. 

Вы сознательно выбрали ту же лодку, что и в 2014 году?

Еще тогда я понял, что Маррей — очень ответственный владелец. Он готовит лодку на высшем уровне. И я всегда стараюсь брать и яхту, и ее хозяина, который знает свое судно от и до. Поэтому в 2016 году я сделал ставку на ту же лодку и на того же владельца. Просто потому, что уверен в них на 250%. Ну и второй момент — оставалось слишком мало времени, чтобы найти какую-то альтернативу. Нам просто невероятно повезло. 

Какие яхты допускаются к участию в регате?

Есть определенный минимальный размер, ниже которого участвовать на яхте просто опасно. Верхнего предела нет. В этом году участвовали лодки от 11 до 100 футов. Была яхта Maserati, а также знаменитая Wild Oats. Я общался с ее капитаном Марком Ричардсоном. Очень приятный, доброжелательный человек. Пожелал нам удачи, предложил сфотографироваться. Жаль, что они уже второй год подряд сходят с дистанции. В 2015 году у них треснул грот, а в этот раз что-то с килем случилось. 

Чем примечательна регата Сидней — Хобарт?

Прежде всего она проходит через «ревущие сороковые» и известна своей коварностью. В 1998 году перевернулось огромное количество лодок, шесть человек погибло. Возле «ревущих сороковых» проходит Бассов пролив. Там небольшая глубина и сильный ветер. Таким образом, происходит колоссальный разгон волн. В 2014 году у нас был ветер 40 узлов с порывами до 45, и то расстояние, которое мы должны были пройти условно за час, мы шли часов пять. А когда финишировали, узнали, что произошла трагедия — погиб фотограф. Он снимал с небольшого самолета, случился сильный порыв ветра, машина свалилась в штопор и упала в океан. Ни человек, ни навигационные приборы не управляют стихией, поэтому перед каждой гонкой — это уже стало традицией — я приглашаю батюшку, и мы читаем молитву святому Николаю, покровителю путешественников и моряков. 

Виден ли берег с яхты во время регаты? 

Зависит от погоды и ветра. Иногда, чтобы поймать более сильные ветра, уходишь глубже в океан, иногда держишься ближе к берегу. Ближе к финишу проходишь мимо очень красивых Органных гор. Но любоваться пейзажем некогда. Работа на износ, смена вахты каждые четыре часа. В определенное время нужно выходить на связь. Включается радио, идет перекличка, ты говоришь: «Я на такой-то позиции». И так трижды в сутки. Не вышел раз — штрафной балл. Не вышел два — дисквалификация. 

Как складывалась для вас гонка?

Начало было неудачным. Какое-то время у нас был встречный ветер, мы совершали повороты. И на одном из них грот зацепился за ахтерштаг. При этом открылся карман на гроте, и из него вылез кусочек латы. Мы не сразу это заметили, и в итоге лата вылетела совсем. Поскольку без латы парус может порваться, владелец лодки принял решение развернуться и идти обратно, чтобы вставить новую лату. Пока мы шли в яхт-клуб, Маррей связался с оргкомитетом, и нам сказали, что помощь извне на регате запрещена: либо мы сходим с гонки, либо разворачиваемся и идем в гонку без латы с угрозой потерять грот. Мы развернулись и пошли в гонку. По сути, стартовали последними. 

Было досадно, что владелец повернул в порт, зная, что принимать помощь запрещено?

Мы много раз задавались вопросом, почему он решил разворачиваться. И знаете, есть, конечно, спортивный интерес, но помимо этого есть еще такая вещь, как безопасность. На мой взгляд, решение было рациональным. Мы взяли себя в руки и из 87 лодок обошли 57, заняв в итоге второе место в дивизионе. При этом побили собственный рекорд — если в 2014 году с учетом гандикапа мы достигли Хобарта за 3 дня и 13 часов, то в этот раз — за 3 дня и 1 час. И это невзирая на возвращение на старт. На финише, в бухте Тасмании, сотни зрителей встречали нас аплодисментами, было очень приятно! 

Как вы решили проблему с парусом?

Первые два дня у нас был попутный ветер, мы разогнались до 22 узлов. Для такой лодки, как наша, это очень хорошая скорость. Наутро третьего дня мы воспользовались моментом безветрия и опустили грот, связали вместе несколько лат меньшего размера и вставили на место утерянной. У нас потом еще заклинило лебедку, мы ее разбирали, смазывали и собирали обратно. 

Как проходили акклиматизация и подготовка к регате? 

Ты летишь из зимы в лето, в другой часовой и климатический пояс, естественно, нужно время для адаптации. В этом году команда приехала за восемь дней до старта. Это дало время акклиматизироваться. В Австралии чрезвычайно высокая солнечная активность. Если у нас продаются солнцезащитные кремы с защитой 10, 15 или 25 единиц, то там 50 и 75. Я всем рекомендую надевать панамы, которые закрывают шею и уши. Кончики ушей обгорают моментально. В поло ходить опасно. Каждый день мы тренировались по четыре часа. Отрабатывали постановку спинакера, генакера, рифление грота, спасение человека за бортом. Была проблема с языком. Австралийский английский очень специфический, и, когда Маррей что-то объяснял, некоторые члены команды поначалу плохо понимали. Но со временем все адаптировались. Я заранее отправил Маррею русско-английский перевод устройства яхты, и он обклеил всю лодку подсказками на двух языках. Это очень удобно в экстремальных ситуациях — человек не тратит время на поиск. Мы были отлично подготовлены и могли выступить еще лучше, если бы не злополучная лата. Но от этого никто не застрахован. 

Каковы дальнейшие планы?

Giraglia, Volvo Hong Kong — Vietnam Race, Fastnet Race и, если удастся, то снова Sydney Hobart. Вот четыре гонки, на которые я делаю акцент в 2017 году. К каждой из них надо заранее готовиться, особенно к Сидней — Хобарту, и я с удовольствием возьмусь, если найдутся единомышленники. Я очень благодарен Сергею и его компании. Очень приятно, что люди интересуются такими проектами. Они недешевые, непростые, но очень важные. Проекты могли бы быть полезны, например, молодым ребятам, которые заканчивают олимпийский цикл. Серия из 600-мильных гонок — это хорошая подготовка к той же VOR. И если бы появилась полностью русская команда, которая регулярно принимала бы участие в гонках, они бы смогли передавать свой опыт другим ребятам в нашей стране, чтобы у нас росли профессионалы яхтинга.

Понравилась статья?
Подпишитесь на новости и будьте в курсе самых интересных новостей.
Рекомендуем прочитать
Лица Снежный человек
Юра Гаврилов, один из лучших российских сноуборд-про, в активе которого победы во множестве контестов по всему миру, рассказал нам о своем увлечении вейкбордингом и о том, каково это быть пилотом буксировщика Malibu 23 LSV
Текст Александр Шумский
Лица «Горжусь ходить под российским флагом!»
Из окон кабинета руководителя Группы компаний «Голутвинская слобода» открывается вид на Московский императорский речной яхт-клуб, а многие из предметов обстановки выдают увлечение хозяина кораблями. Но для Андрея Огиренко яхтинг не просто увлечение, а во многом миссия. Будучи одним из попечителей Всероссийской Федерации парусного спорта, он активно содействует развитию яхтинга, в том числе детского, и заботится о сохранении исторического морского (и не только) наследия. В интервью журналу Yachting наш собеседник рассказал о системном подходе к бизнесу и к увлечениям
Текст Интервью Дмитрий Киселев, Галина Козачина Фото Михаил Анпилов и из архива А.Огиренко
Лица Жизнь под парусом
Продолжаем серию интервью Кати Малышевой с известными яхтсменами, добившимися выдающихся побед не только в спорте, но и в жизни. Герой этого интервью — известный яхтсмен, настоящая легенда парусного спорта Георгий Шайдуко
Текст Катя Малышева Фото Александра Дощицына
220x369-rightside-inside-watch