Часы
2007, март-апрель

Новая элита

Текст Тимур Бараев
Гранды высокого часового искусства Audemars Piguet, A.Lange & Sohne, Breguet, Patek Philippe, Rolex, Omega, Ulysse Nardin и Zenith договорились и негласно организовали тайное элитное общество и вывели новую формулу элитных часов

Из всех созданных человеком товаров часы — самые совершенные. Можно улучшить все что угодно, а вот в часах совершенствовать по сути нечего: даже пластмассовые китайские кварцевые подделки за 5 долларов ходят точно и долго. Любая попытка что-то улучшить в механических часах бессмысленна с экономической точки зрения. Судите сами: изменения в конструкции автомобильного двигателя дают прибавку мощности в десятки, а порой и в сотни процентов. А часовщики, повысив точность обычного механизма до уровня хронометра, добиваются улучшения показателя лишь на 0,003%! Зато себестоимость часов при этом «весьма впечатляющем» улучшении вырастает в разы. Может, лучше уговорить известного дизайнера сделать какой-нибудь концепт, купить на знаменитой мануфактуре ЕТА один из ее стандартных механизмов, добавить к нему не очень сложный модуль (его можно заказать на любом из сотен мелких часовых ателье), поручить другой фабрике изготовление корпуса и циферблата и попросить мастера все это собрать. Тот факт, что много таких часов ты не создашь, можно замаскировать тем, что это limited edition. И даже прописать в пресс-релизе, что это уникальные часы, которых ни у кого никогда не было и не будет… И отличные порой часы выходят у работающих по такой схеме компаний, за которые мало разбирающийся в часовом искусстве миллионер выложит несколько сотен тысяч евро. Часовых грандов такая ситуация на рынке категорически не устраивает, и они задумались, как переломить ситуацию в свою пользу.


В последние годы новинки часовых грандов разочаровывали и очень удивляли. Где турбийоны с минутными репетирами и вечными календарями? Почему Patek Philippe и Ulysse Nardin перестали соревноваться, кто выпустит более сложные часы? Зачем они полезли в неинтересные простому человеку дебри часового механизма, совершенствуя балансовые колеса и волоски, заводные барабаны и пружины, рисуя новый профиль зубьев колесной передачи? Смысл комбинации, спланированной ведущими компаниями с целью обеспечить себе преимущество, прояснился только сейчас.

Три года назад Patek Philippe, Swatch Group и Rolex начали совместный проект по применению фотолитографии в часовом деле. Аналогичные технологии осваивали Franck Muller и Ulysse Nardin. «Зачем эти затраты? — спрашивали остальные. — Не все ли равно, как и из чего сделано спусковое колесо?». И лишь наиболее прозорливые поняли, что гранды показали направление, в котором будет развиваться часовое искусство. А именно — совершенствование принципов, на которых основывались часы, в том числе основы основ — швейцарского свободного спуска.

Все современные механические часы имеют в своей основе швейцарский анкерный спуск, и за последние 200 лет в часовом деле не было придумано ничего нового. Он — стандарт, и большинство людей считают, что ничего кроме него в природе не существует. На самом деле швейцарский анкерный спуск лишь один из этапов эволюции. Двести лет назад он стал лучшим по сочетанию «параметры — технологичность». Но помимо него создано немало других конструкций. Многие из них давали лучшие показатели точности, но были столь сложны в изготовлении и настройке, что от них отказались. Современные технологии позволили вернуться к тем разработкам, и за последние пять лет мы увидели столько новых вариантов, сколько не было за предыдущие два столетия.

В итоге новая формула элитных часов такова: оригинальный спуск или его элементы + отсутствие потребности в регулировке + долгий срок работы без смазки и иного обслуживания. Не впечатляет? Смотря кого. Знатоков впечатляет!

Сегодня покупатели готовы платить за часы большие деньги при единственном условии: товар должен быть эксклюзивным. Создатели новых часов уловили две тенденции в спросе на товары люкс. Первая — абсолютизация эксклюзива, когда клиент хочет иметь вещь, которой нет и не может быть ни у кого другого. Вторая — почти абсолютная самодостаточность состоятельного покупателя. Начиная с определенной планки человеку уже не важно, что думают о его часах окружающие, могут ли оценить скрытые внутри механизма особенности. Достаточно, что о них знает он сам.

Удел обыкновенных компаний — конкуренция в сфере дизайна. Но ни форма корпуса, ни новый календарь не могут дать такого уровня эксклюзивности, какой дают глубокие изменения в механизме. Новые механизмы в чем-то сродни фундаментальным исследованиям в науке: почти никогда не давая непосредственного коммерческого эффекта, они создают базу для многих экономически выгодных решений. Тема совершенствования основ механизма привлекла грандов еще и потому, что эти разработки являются фундаментальной точкой опоры, хорошо защищающей фирмы и от пиратов, и от не обладающих нужными патентами конкурентов. Скопировать форму корпуса и стрелок — дело нехитрое. Но чтобы скопировать специфический спуск, необходимо обладать огромным технологическим потенциалом и инвестировать гигантские суммы. Разумеется, никакая защита не будет вечной. Но выбранная этими компаниями стратегия вполне может обеспечить им спокойную жизнь лет на 30–50. На век современных заговорщиков хватит.


Audemars Piguet Tradition of Excellence Cabinet No.5

Спуск Audemars Piguet, презентованный в часах Cabinet No. 5, основан на идее Роберта Робена, предложенной еще в далеком 1791 году. Основой этой идеи стало объединение принципов традиционного анкерного и хронометрического спуска, где импульс балансу передается только при движении в одном направлении. Но 200 лет назад уровень технологий не позволил изготовить сколько-нибудь работоспособную конструкцию. Зато теперь это удалось Audemars Piguet. Эти часы в компании скромно называют «восьмым чудом света». Шедевр на базе калибра 2899 с ручным заводом в овальном 47-миллиметровом платиновом корпусе Millenary представляет собой вечный календарь с турбийоном, индикатором запаса хода (7 дней) и «прыгающей» (dead-beat) секундной стрелкой. Запас хода гигантский — 7 суток. «Кабинетные» часы выйдут, как обычно, тиражом 20 экземпляров в платиновом корпусе.


A.Lange & Sohne Richard Lange

Создатели этой модели постарались воплотить в ней скромность Рихарда Ланге и его неуемную тягу к совершенству, который любил приговаривать: «Благородство — вот главное достоинство человека». Невычурный, строгий корпус 38 мм из платины или белого золота, вручную сшитый ремешок из кожи крокодила, матовый циферблат с боковыми секундами у «6 часов». Красоту уникального калибра с ручным заводом Lange L041.1 может оценить в минуты отдыха только владелец. Декорированные вручную платину и мост баланса, утопленные в золотые шатоны рубины нужно рассматривать сквозь лупу. Есть версии в корпусе из белого или желтого золота. Главная «фишка» этих часов — очень большое колесо баланса (почти 11 мм в диаметре), что повышает точность хода, а также заводная пружина и спираль, изготовленные на мануфактуре A.Lange & Sohne из фирменного сплава на основе бериллия. Его рецепт придумал Рихард Ланге. Этот сплав лучше традиционного Nivarox. Он обеспечивает балансу улучшенный изохронизм, а пружина обладает лучшей упругостью и более стабильным равномерным давлением, которое она оказывает на колесную передачу. Стоят платиновые часы на ремешке из кожи аллигатора с застежкой из платины 15 600 долларов.


Breguet Classique 5197

На первый взгляд — типичные Breguet Classique Ultraplate, разве что с очень необычной для великого бренда дизайнерской шкалой. На самом же деле модель Classique 5197 историческая. Это первые серийные часы с волоском, анкерной вилкой и анкерным колесом из материала на основе кремния. Компания утверждает, что благодаря новому материалу на основе кремния эти часы не боятся ни электромагнитных полей, ни резких температурных перепадов. В 38-миллиметровом корпусе из желтого 18-каратного золота установлен автоматический калибр 591А с частотой 28 800 пк/ч и двумя заводными барабанами, которые обеспечивают довольно небольшой запас хода — 38 часов. Золотой посеребренный циферблат вручную гильоширован узором Grain d’orge. Стекло и задняя крышка сапфировые. Исторические часы продаются только по предварительным заказам. Во время заказа вам и сообщат цену.


Omega Deville X2 Red Square

Коаксиальный (то есть соосный) спуск Omega также стал объединением обычного и хронометрического спуска, но в нем использована иная идея. Изобретение Дэниэлса не содержит столь замысловатых деталей, как колеса Ulysse Nardin, но и его повторить отнюдь не просто. Главное достоинство спуска — резкое увеличение межсервисного пробега часов до пяти лет. На механизм с соосным спуском переведен весь модельный ряд Omega. Когда Omega открывала в прошлом году новый московский бутик в ГУМе, компания презентовала модель в классическом квадратном (35 х 35 мм) корпусе из красного золота под названием «Красная площадь». Omega для русских представляет собой увеличенную версию модели Museum, выпущенной в 2001 году в количестве 1951 экземпляр. Тираж хронометра «Красная площадь», оснащенного новым автоматическим калибром 2610 со спуском Co-Axial, всего лишь 99 экземпляров. Мосты калибра под золотой задней крышкой не видны, но они, тем не менее, декорированы вручную. А на самой задней крышке выгравировано изображение греческого бога времени Хроноса. Приобрести часы можно за 475 000 рублей только в монобрендовом бутике.


Ulysse Nardin Anniversary 160

Прелесть самых обыкновенных внешне часов в золотом корпусе 43 х 40,5 мм Ulysse Nardin Anniversary 160 в новом автоматическом Caliber 160 со спуском Dual Ulysse Escapement. Визуально он отличается от швейцарского свободного спуска наличием двух, а не одного спусковых колес, их иной формой и очень сильно измененной вилкой: она стала не просто короче — в отличие от традиционной она не имеет рубиновых палет. Веками часовщики боролись за то, чтобы уменьшить влияние деталей спуска на баланс: чем оно меньше, тем ближе колебания баланса к идеальным и тем большую точность обеспечивают часы. Не зря же полное название традиционного узла хода звучит как «свободный швейцарский анкерный спуск». Ключевое слово здесь первое, оно означает, что баланс большую часть времени не контактирует с другими деталями, а движется свободно. Спуск от Ulysse Nardin сужает сектор, в котором баланс контактирует с вилкой, почти вдвое. Реализация хитроумной идеи потребовала освоить производство ряда деталей очень сложной формы. Еще 10 лет назад некоторые из них вообще не могли быть изготовлены.

Caliber 160 в компании Ulysse Nardin называют базовым и вскоре переведут на него весь модельный ряд. Ну а пока первая тысяча новых калибров будет установлена в две лимитированные 500 экземплярами серии модели под названием Anniversary 160 в корпусах из белого и розового полированного золота 18 каратов. Часы можно купить на крокодиловом ремешке с раскладывающейся двойной застежкой или на мощном золотом браслете, который просто-таки драматически утяжеляет часы. Интересно, что цены начинаются с символической цифры 28 800 (такова же часовая частота полуколебаний баланса) швейцарских франков за модель из красного золота на ремешке (около 18 100 евро). Самая дорогая версия часов, а именно — корпус и браслет из белого золота — стоит 34 650 евро.


Patek Philippe Year Calendar Ref. 5350

Полный календарь с индикатором фаз Луны и запаса хода знаменит тем, что узел баланса этой модели изготовлен по нанотехнологиям с помощью фотолитографии. Не нуждающееся в смазке кремниевое анкерное колесо, изобретенное в позапрошлом году, дополнилось здесь новой кремниевой спиралью Spiromax. Огромное преимущество фотолитографии заключается в том, что каждый экземпляр спирали, изготовленный подобным способом, совершенно идентичен последующему и предыдущему. По сути, мы имеем дело с разновидностью клонирования. Одновременно с этим получаем высочайшую точность и абсолютно гладкие поверхности детали. Но помимо этого преимущества спираль или волосок от Patek Philippe представляют целую серию остроумных ноу-хау. Они решают такие злейшие проблемы часовщиков, как неравномерность сжатия и расширения спирали, изменение ее эластичности вследствие температурных перепадов, влияние магнитных полей, центробежная сила и гравитация, термальные и механические изменения в местах взаимодействия спирали с прилегающими поверхностями. Модель с автоматическим калибром 315 S IRM QA LU выпускается в корпусе диаметром 39 мм из розового или белого золота. Стоят такие часы от 25 000 до 32 000 евро.


Zenith ChronoMaster XXT Tourbillon El Primero

Concept Zenith «отстроился» от большинства конкурентов одним из первых, создав великолепный автоматический калибр El Primero с частотой баланса 36 000 пк/ч. Пять лет тому назад все легендарные бренды во главе с Rolex считали за честь приобретать El Primero и устанавливать в свои лучшие модели. Однако с приходом к власти в компании не менее великолепного Тьерри Натафа все конкуренты были посланы подальше и теперь только Zenith использует многочисленные разновидности замечательного El Primero. Новый концепт-турбийон от Zenith сохранил все достоинства обычной модели, но обрел очень необычный дизайн. Это по-прежнему самый быстрый турбийон в мире (частота 36 000 пк/ч) и хронограф на базе El Primero 4005. Но механизм был частично скелетизирован, а циферблат смещен вправо. Он как бы уступает место увеличившемуся в размерах окну турбийона с фирменным индикатором даты и огромным индексам часовой разметки. Отсутствие верхней половины циферблата позволяет воочию наблюдать за работой одного из лучших калибров. Стрелки, шкала и часовые метки концепт-турбийона сделаны из золота очень необычного оттенка — в компании его называют черное золото. Отличный подарок нефтяному магнату. Серия лимитирована 50 экземплярами. Корпус 45 мм сделан из белого золота 18 каратов. Стоит концепт-турбийон 1 000 000 евро.

Понравилась статья?
Подпишитесь на новости и будьте в курсе самых интересных новостей.
2019-0910-Wheels-300600Article