941x140-burevestnik
Новые проекты
2007, январь-февраль
  • Им целого мира мало_photo_1
  • Им целого мира мало_photo_2
  • Им целого мира мало_photo_3
  • Им целого мира мало_photo_4
  • Им целого мира мало_photo_5
  • Им целого мира мало_photo_6
  • Им целого мира мало_photo_7
  • Им целого мира мало_photo_8
  • Им целого мира мало_photo_9
  • Им целого мира мало_photo_10

Им целого мира мало

У них самые быстрые меги в мире: побит рекорд 70 узлов в час. Роскошью и комфортом на борту Millenium не уступают Feadship. Впрочем, о Feadship в рекламе упоминают больше из уважения к предрассудкам клиентов. Сами они вряд ли считают нужным на кого-то равняться. Их верфь — ровесница нынешнего века, а цепочка клиентов грозит выстроиться до начала будущего столетия. И это не предел.

— Ближайшую тысячу лет все только о таких лодках и будут мечтать!

Джону Сталуппи не только мира мало — ему еще и вечность подавай. Роскошь и комфорт — средство самовыражения, так он это понимает. Каждому клиенту обеспечены не просто идеальные — индивидуальные условия.

— Пусть каждый выбирает себе декорации по вкусу. И живет в собственном сценарии, насколько фантазии хватит.

Наверное, имеет он при этом в виду не столько театральный сценарий, сколько киношный. И сам он в этом раскладе — продюсер и первый зритель. Заводила, за которым преданно следует друг детства и тезка Джон Росатти.

— По молодости угоняли машины, чтобы прокатиться с ветерком. Теперь свои лодки гоняем. Сто сорок футов, четыре палубы — а мы с Джоном сами рулим.

Посейчас найдутся недоброжелатели, причисляющие их к «семье» и укоряющие уголовным прошлым. Но мудрое американское правосудие ограничилось условным сроком и принуждением к общественно полезному труду… в авторемонтной мастерской. У босса к тому же имелась лодка, в которой вечно приходилось чинить мотор. Из этого выросла одна из крупнейших автодилерских сетей и фантастическая флотилия. Нормальный американский сценарий.

— Happy end? Мы верим в happy end. И в happy beginning. И всю дорогу happy. При хорошей-то скорости… Маленький мир от Генуи до Дубая, от Флориды до Амстердама и Верхней Вольты переворачивают вверх дном в поисках единственно подходящих материалов, замечательных специалистов и уникальных технологий. Мрамор, расслаивающийся на пластины толщиной несколько миллиметров. Итальянские ремесленники, умеющие выложить этими плитами не только пол, но и раковину и «престол», сохраняя единый узор, и построить шкафчики из тончайшего шпона, чтобы выглядели как подлинное тяжеловесное барокко с изобильным золотым покрытием. Кристаллы Сваровского в отделке зеркал и люстр. Слоновая кость на стойке бара. Кому-то его вкус может не угодить, но до малейших подробностей это индивидуальный и своеобычный выбор.

— Никакого тика, я сказал! Лишний вес, замучаешься чистить, все ковры промаслятся. И просто я его не люблю, на хрен! А потому внутри неподъемной с виду статуи спрятаны легчайшие алюминиевые «соты», и даже изящная супруга без усилия переставит ее на более правильное место.

И такие же «соты» под тонкой мраморной плиткой и шпоном отнюдь не ради экономии средств — технология Nomex обходится едва ли не дороже цельного мрамора и дерева. Здесь применяются секреты внутреннего дизайна самолетов, чтобы роскошь, присущая солидным водоизмещающим судам, не противоречила призванию самой быстрой в мире глиссирующей мегаяхты.

Любуясь обстановкой, рискуешь забыть о главном, но вспомнишь, едва включатся газовые турбины: The World is not enough — ответ на вызов. Вот уже четверть века Джон-первый и Джон-второй все свое вдохновение черпают в цифрах. Футы от носа до кормы. Узлы (а если в километрах в час… это ж за сотню). Доллары — миллионы и миллионы. В 70-е состязались друг с другом на парусных. Перешли на моторные, обзавелись luxury boats. И разочаровались: медленные.

— Шел я тут как-то из Англии в Испанию… Тянется, тянется. Сдохнуть можно от скуки. Не такие они ребята, чтобы умереть от скуки. Будем строить по-своему, предложил Джон-первый Джону-второму. Разыскал в Голландии архитектора Фрэнка Малдера.

— Он приехал к нам в июле 1986. Поставил задачу: узлов. Прикинули на компьютере и решили — получится.

143-футовая «осьминожка» побила мировой рекорд. После Octopussy Малдер построил мистеру Сталуппи еще семь лодок. Goldeneye, Moonraker, Dillinger… Склонный к экспериментам Сталуппи менял верфи — то Heesen, то Nordship, а Thunderball и вовсе построил в Америке с другим дизайнером. Ничто не могло вполне его удовлетворить, пока в середине 90-х он не создал собственную верфь, с агрессией в будущее названную Millenium Yachts. Да и своя верфь радовала Сталуппи недолго.

— Верфь — это уже не под себя, под клиента. Думаешь не о мощности двигателя, а как горючее сэкономить, теперь все на этом сдвинулись.

Алюминиевая Millenium 118 делала скучные 21 узел. И снова дорога показалась долгой и мир маленьким.

— В 2000 году я возвращался на 118 с Багам, смотрю, мочи нет, когда ж это кончится. Полистал журнальчик: испанскому королю построили лодку длиной 110 футов и она вроде бы выжимает 67 узлов. Хотя это официально не зарегистрировано, может, всего 61. Короче, я сразу позвонил Фрэнку и сказал: «Давай по-новой».

Три фактора определяют скорость лодки: двигатели, корпус, вес. Два дизельных двигателя и две турбины Lycoming T40, а всего 20 000 «лошадей» — это уже решено и привычно. Фрэнк Малдер посоветовал новый легкий материал Alustar. И начертил проект с глубоким углом килеватости, в кульминационный момент лодка — мега, заметьте! — практически выпрыгивает из воды. Малая осадка позволяет заходить на мелководье, комфортно чувствовать себя даже в шестибалльный шторм.

Неправдоподобна не только максимальная скорость Millenium 140, но и быстрота, с какой она до нее разгоняется, — опять же все благодаря именно новаторскому решению корпуса: — У многих лодок примерно на 25 узлах возникает «мертвая зона», цепляются за воду. Я это убрал.

Прочный Alustar позволяет строить очень тонкий корпус. (Теперь к Фрэнку Малдеру уже обращаются из — не смейтесь! — вполне реальной секретной службы. Такое судно годится не только в декорации «Бондианы».) Применяя хитроумные технологии, сделали «винтовые лестницы», настолько надежные, что их нет надобности крепить к ограждению. Изготовили солидную мебель из шпона. Клеили мраморные плитки к сотам — на всем экономили вес. Домомед и дизайнер самолетных интерьеров Эван Маршалл умеет это делать, не портя впечатление.

— Мистер Сталуппи сказал: от одного вида яхты должно дух захватывать. До того, как подхлестнем «лошадей». Мы сделали двойной «мастер» с отдельными ванными для «мадам» и «месье», как и на 118, и так далее, но здесь места гораздо больше. Свои требования к luxury boat мистер Сталуппи формулирует весьма конкретно:

— Главное для счастья — это скорость, чтобы сегодня не знал, где проснешься завтра. Комфорт — чтобы не пожалел, что проснулся на борту. Длина — не меньше 120, двойной «мастер», четыре гостевых и так далее. И никакого тика — это уже сказано.

Казалось, эпоха верфей, созданных, чтобы строить такие лодки, «какие мне хочется, а никто не делает», отошла в прошлое вместе со всей прочей романтикой. Но нет, вечные мальчишки по-прежнему смотрят кино, верят в возможность обогатиться исключительно своим собственным умом и энергией, бьют рекорды скорости, строят лодки, каких ни у кого в мире нет, и дают им киношные названия. Вы думаете, они этим удовлетворятся? Никогда. Завтра им покажется мало 140 футов. Они ведь уже строят 150-футовую лодку. Завтра им покажется мало 70 узлов. Ведь кто-нибудь обязательно попытается побить этот рекорд. Им целого мира мало. И завтра они построят новые лодки, еще длиннее, еще проворней. Благо названий их лодкам пока хватит.

Понравилась статья?
Подпишитесь на новости и будьте в курсе самых интересных новостей.
Рекомендуем прочитать
Новые проекты Им целого мира мало
У них самые быстрые меги в мире: побит рекорд 70 узлов в час. Роскошью и комфортом на борту Millenium не уступают Feadship. Впрочем, о Feadship в рекламе упоминают больше из уважения к предрассудкам клиентов. Сами они вряд ли считают нужным на кого-то равняться. Их верфь — ровесница нынешнего века, а цепочка клиентов грозит выстроиться до начала будущего столетия. И это не предел.
Новые проекты Рождение лодки
Кто такой гениальный яхтенный дизайнер? Тот, кто вовремя сдает проект и систематически придумывает все новые и новые решения? Тот, кто никогда не спорит с заказчиком? Или тот, кто, создавая лодку, думает о море? Для кого лодка — это живой организм, который формируется изнутри. Тот, кто сам так похож на своенравное море, от которого так много зависит в жизни любого яхтсмена и которое подчас меняет все планы кардинально. На верфи Azimut давно знают ответ на этот вопрос и дружно снимают шляпу перед великим Стефано Ригини.
Текст Вероника Завадская
Новые проекты Суперъяхта для начинающих
Считается, что обычная яхта получает приставку супер, если ее длина больше 30 метров. По этому же принципу то, что за отметкой 60 метров, называется мегаяхты, а все, что свыше 100, — это уже гигаяхты. При этом специалисты все время делают оговорку, что такое деление весьма условно и, как и любое другое правило, имеет массу исключений.
Текст Андрей Иванов
220x369-rightside-inside-bentley