История
2008, май-июнь

Традиции & амбиции

Текст Александр Киричук
Престиж Кубка Америки настолько высок, а амбиции претендентов на него столь мощные, что вокруг соревнований разгораются не только нешуточные страсти, но и грандиозные скандалы. Фавориты нынешнего Кубка — Oracle BMW, Team New Zealand и Alinghi — сейчас сражаются особенно ожесточенно. Но не на воде, а в судах различных инстанций. И в Кубке Америки они далеко не первые, кто начал выяснять отношения таким образом. Решив разобраться, что происходит за кулисами самой дорогой регаты в мире, мы поняли, что начинать надо «с времен Очакова и покоренья Крыма» — скандалыс опровождают Кубок Америки на протяжении всей его истории. Это даже не детектив, а роман-эпопея с продолжением. Начать придетсяс событий полуторавековой давности, а продолжить в следующих номерах журнала.

Даже простое перечисление регат, проведенных за 157 лет существования Кубка Америки, и их участников составит приличного объема справочник. Наиболее полная история событий с 1851 по 2003 год изложена яхтенным журналистом Бобом Фишером в основательном двухтомном труде «Всепоглощающий интерес», изданном в прошлом году и ставшем бестселлером, несмотря на цену в 500 американских долларов. Впрочем, кто считает деньги, если речь идет о Кубке Америки! Кроме статуса наиболее престижной награды в парусном спорте Кубок Америки известен еще и как наиболее дорогой приз. Дороже одной-единственной регаты между двумя яхтами обходится только организация Олимпийских игр и проведение чемпионата мира по футболу.

Кубок Америки бьет все рекорды долголетия для спортивных наград. Его история началась за 45 лет до основания современных Олимпийских игр — 22 августа 1851 года. В этот день на финише гонки, приуроченной ко всемирной промышленной выставке в Лондоне, победила шхуна America, ознаменовав этим победу Нового Света над Старым. Победителям был вручен памятный кубок «Приз 100 гиней», получивший затем название Кубка «Америки» в честь шхуны-победительницы. По умолчанию приз предназначался англичанам и согласно личному указанию королевы Виктории был изготовлен без дна, чтобы из него не могли пить «за победу». В дальнейшем англичанам ни разу не довелось держать эту награду в руках, а сама судьба Кубка оказалась настолько тесно связана с Америкой и американцами, что теперь принято употреблять его название без кавычек.

Судя по всему, America была первой яхтой, специально построенной для международной регаты. Идея ее создания принадлежала основателю Нью-Йоркского яхт-клуба и его первому командору Джону К. Стивенсу. Амбициозные янки решили показать англичанам «кто есть кто» в самый разгар празднования мощи Британской империи (такова была настоящая цель выставки в Лондоне). До старта оставалось всего девять месяцев. Созданный для финансирования американского участия Нью-Йоркский синдикат, в который входил Стивенс и пять его друзей, оказался в затруднительном положении. Первоначальная идея отправить на регату лоцманскую шхуну «Мэри Тейлор» была торпедирована ее создателем — яхтенным дизайнером Джорджем Стирсом. Он заявил, что за оставшееся время (оставалось четыре-пять месяцев, но кроме строительства и подготовки экипажа яхте нужно было еще пересечь океан) можно построить новую яхту, которой не будет равных в мире по скорости. И уже 3 мая следующего года на воду была спущена шхуна America. Скандалы в высшем обществе начались еще до выхода America на старт ежегодной 53-мильной гонки Королевской яхтенной эскадры вокруг острова Уайт. Убедившись, что шхуна прогрессивной конструкции представляет реальную угрозу поражения флотилии лучших яхт «владычицы морей», английские джентльмены попросту отвергли ее заявку на участие. Причина нашлась благовидная. По старинному британскому обычаю к подобным регатам допускались только яхты, принадлежащие одному владельцу, в то время как America принадлежала целому синдикату из семи человек. Не помогало даже предложенное американцами пари на сумму в 10 тыс. гиней. Престиж «Кубка 100 гиней» был неизмеримо выше — речь шла о государственных интересах. Нервничали обе стороны. Газета «Таймс» разразилась статьей, в которой джентльмены из высшего общества Великобритании открыто обвинялись в трусости. Долго ходили слухи о каком-то секретном винте, хотя двигателя America не имела вообще, а на ее борту во время гонки был английский наблюдатель. И даже блестящий финиш шхуны America не стал окончанием борьбы. Произошла попытка аннулировать ее результат из-за огибания одного из знаков не тем бортом, но расследование протеста Королевским яхт-клубом было проведено честно.

Последующие 132 года кубок Америки провел в Нью-Йорке. Вначале победители не знали, как с ним поступить. К счастью для последующих поколений яхтсменов, предложение использовать 3,68 кг «британского металла» (сплав олова, меди и сурьмы, покрытого серебром) для изготовления памятных медалей не прошло, и в 1857 году кубок был передан в дар Нью-Йоркскому яхт-клубу. Акт дарения сопровождался документом под названием Deed of Gift (DOG), датированным 8 июля 1857 года. В нем однозначно определялась воля его владельцев превратить этот приз в «постоянный призыв к дружественному международному соревнованию», а также условия будущих поединков. Этот ныне широко известный документ, написанный на витиеватом английском языке времен Гражданской войны Севера и Юга, состоял из 239 слов. Однако, похоже, что командор Стивенс и его друзья забыли указать в его тексте, что гонки должны быть честными. К тому же текст DOG допускал, к радости юристов, различные трактовки. Юристы упомянуты неспроста, поскольку в дальнейшем борьба за право обладать кубком редко обходилась без судебных разбирательств.

Джентльмены Нью-Йоркского яхт-клуба намертво закрепили кубок в зале трофеев и постановили, что если какой-то шкипер не сможет защитить его, то место кубка займет его голова. Первые 13 лет существования Кубка Америки прошли без поединков. И у англичан, и у американцев были другие заботы. Одни занимались восстанием сипаев в Индии, другие — гражданской войной у себя дома. Но в 1869 году первый вызов поступил. Конечно, от англичан.

Удивительно, но «бросил перчатку» не чистокровный британский лорд, как следовало ожидать, а изобретатель вагонных тележек из Манчестера. Мистер Эшбери вел свои дела с Россией — строил железные дороги в Прибалтике. Быстро нажитый капитал не давал ему прочного положения в обществе. Эшбери решил таким способом пробить себе путь в Королевскую яхтенную эскадру, куда его упорно не принимали, несмотря на то, что он был уже членом 12 других яхт-клубов. Именно отсутствие его в списках главного британского яхт-клуба послужило причиной отказа Нью-Йоркского яхт-клуба, не желавшего состязаться с членом яхт-клуба рангом ниже. Тогда изобретательный Эшбери дал обещание в случае своей победы передать кубок в распоряжение Королевской яхтенной эскадры. И хотя это противоречило положениям Deed of Gift, предложение было принято.

Две попытки не принесли Эшбери результата. Первую гонку 1870 года его Cambria вынуждена была начать среди флотилии Нью-Йоркского яхт-клуба в обычной ежегодной регате, где получила невыгодное место на старте — самое подветренное (стартовали тогда с якорей). Все 18 американских яхт были мелкосидящими. Дистанция гонки была обозначена таким образом, чтобы они могли пройти кратчайшим путем по мелководью, а Cambria со своей большой осадкой вынуждена была уйти мористей. Кроме того, шхуну под британским флагом зажали в тиски яхты болельщиков. Ей не уступила дорогу Tarolinta, и в результате столкновения британцам перебили одну из вант. Другими словами, янки не оставили претенденту ни единого шанса.

В этом месте на сцену событий впервые выходят юристы (английские). С их помощью Эшбери пытался доказывать Нью-Йоркскому яхт-клубу, что слово «матч» (фигурирующее в документе о дарении кубка) означает поединок между двумя яхтами, а не ту баталию, в которой он вынужден был участвовать. Он еще не догадывался, что джентльмены из Нью-Йоркского яхт-клуба вообще не собирались отдавать кубок и действовали соответственно этой политике.

Чтобы повысить свои шансы, Эшбери прислал заявку на 1871 год сразу от дюжины яхт-клубов, в которых состоял, с требованием проведения двенадцати отдельных стартов. Если его яхта победит хоть в одном, то и кубок должен быть передан ему. Но не тут-то было! Заявка была принята только одна — от Королевского яхт-клуба города Харвич. Нью-Йоркский яхт-клуб согласился проводить поединки яхт, но с условием, что яхта-защитница будет назначена непосредственно перед стартом. Таким образом, американцы могли выставлять наиболее подходящую яхту в зависимости от погоды. При этом они были настолько уверены в исходе регаты, что не удосужились строить новые яхты, в то время как Эшбери заложил киль 127-футовой Livonia (название отражает прибалтийское происхождение его капитала).

Понравилась статья?
Подпишитесь на новости и будьте в курсе самых интересных новостей.
Яхты в Москве Моторные яхты в Москве любых размеров!
Выбери свою модель!